Полиция Сеула передала прокуратуре материалы в отношении 80 владельцев электромобилей Tesla, которых подозревают в неофициальной активации системы помощи водителю Full Self-Driving (FSD) на машинах, где эта функция официально недоступна. Во время расследования правоохранительные органы также изъяли 21 устройство, предположительно использовавшееся для обхода программных ограничений производителя.
По версии полиции, владельцы автомобилей приобретали оборудование для разблокировки FSD за пределами Южной Кореи, в том числе через поставщиков из Китая и европейских стран. Некоторые устройства могли быть изготовлены самими автомобилистами. Среди фигурантов оказались специалисты, работающие в сфере информационных технологий, которые использовали общедоступный программный код и техническую информацию об электронных системах автомобилей.
Следователи также выяснили, что способы неофициальной активации FSD обсуждались в интернет-сообществах владельцев Tesla. Пользователи обменивались инструкциями, информацией о необходимом оборудовании и особенностях изменения программного обеспечения электромобилей. В некоторых обсуждениях, по данным правоохранительных органов, затрагивались и способы уменьшения количества следов такого вмешательства в памяти автомобиля.
В Южной Корее возможность официального использования FSD зависит не только от модели Tesla, но и от места производства конкретного автомобиля. Система доступна на соответствующих требованиям машинах американского производства. К ним относятся отдельные версии Model S, Model X и Cybertruck, подпадающие под действующие правила в рамках торговых соглашений между Южной Кореей и США.
При этом многие распространённые в стране Model 3 и Model Y производятся на предприятии Tesla в Шанхае. Для таких автомобилей официальная активация FSD в Южной Корее ограничена регуляторными требованиями. Именно владельцы машин, на которых функция штатным способом недоступна, могли использовать сторонние устройства и программные изменения для её включения.
Корейские власти считают подобное вмешательство потенциально опасным. Изменение программного обеспечения, связанного с управлением автомобилем, может повлиять на корректность работы систем помощи водителю. Полиция предупреждает, что после неофициальной модификации автомобиль способен неправильно оценить дорожную ситуацию или выполнить действие, не соответствующее намерениям человека за рулём.
Важно учитывать, что FSD даже при официальной активации остаётся системой, требующей контроля со стороны водителя. Она не освобождает человека от обязанности следить за дорогой и быть готовым вмешаться в управление. Поэтому использование модифицированного программного обеспечения создаёт дополнительные вопросы не только к технической безопасности, но и к ответственности владельца автомобиля.
Расследование началось после обращения Министерства земли, инфраструктуры и транспорта Южной Кореи. В проверке также участвовало Корейское управление транспортной безопасности. Власти изучали как сами устройства для обхода ограничений, так и внесённые с их помощью изменения в программное обеспечение автомобилей.
Согласно южнокорейскому законодательству, самостоятельное изменение, установка или удаление программных компонентов, способных влиять на безопасность движения автомобиля, может рассматриваться как нарушение закона об управлении транспортными средствами. При этом передача материалов в прокуратуру ещё не означает признания всех 80 владельцев виновными — дальнейшие решения по их делам должны принять прокуроры.
Ситуация показывает, что программные ограничения современных автомобилей всё чаще становятся не только вопросом производителя и владельца машины, но и предметом внимания государственных регуляторов. По мере того как всё больше функций автомобиля определяется программным обеспечением, неофициальная активация недоступных возможностей может рассматриваться уже не как обычная модификация техники, а как вмешательство в системы, непосредственно связанные с безопасностью дорожного движения.